Наука

Международная конференция Языковая семантика и образ мира
Секция: Историческая семасиология и историческая грамматика

Слово черт в русской мифологии и в памятниках русской письменности

Серебряная И.Б. (Казань)

1. В современном русском языке слово черт - “в старинных суеверных представлениях: злой дух, сверх'естественное существо, олицетворяющее злое начало / в образе человека с рогами, копытами и хвостом” (Ожегов, 867), - отличается исключительно широким употреблением, служит для выражения самых разнообразных чувств и эмоций, входит в качестве составной части в многочисленные обороты, которые в словарях даются, как правило, со стилистическими пометками ”разговорное”, “просторечное”, “бранное”: К черту! Черт возьми, побери, дери; Черт чертом; Чем черт не шутит и т.п.

2. Столь же широко употреблялось слово черт в языке XVIII-XIX вв. Так, более 100 пословиц и поговорок со словом черт приведено в “Толковом словаре” В.И. Даля; слово это имеет высокую частотность употребления в языке художественной литературы данного периода.

3. Встречается, хотя и не столь часто, слово черт и в источниках XVII в., причем все случаи употребления этого слова носят ярко выраженный бранно-просторечный характер. Например: Черт' тебя научил' (Аввакум, 585); Пришед, чорт, разуи мя (Великое зерцало, 235); от св'искаго чорта (Вести-Куранты, 1631,227) и т.п. Включено слово черт и в “Русско-английский словарь - дневник Р. Джемса (1618-1619гг.)”, где оно стоит в ряду других наименований нечистой силы: враг, чорт. дьявол, оканьнои, бес (с.66). Р.Джемсу принадлежит наиболее ранняя словарная фиксация слова черт.

4. Тем примечательнее тот факт, что в источниках до XVII в. слово черт почти не встречается. В древнерусских письменных памятниках употребляются такие синонимичные данному слову церковные наименования злого духа, как диавол, сатана, демон, бес, а также различные эвфемизмы типа лукавый, нечистый, злой дух и т.п. В связи с этим исследователи в области демонологии утверждают, что данное слово не является исконно русским. Так, в частности, считает Ф.А. Рязановский, который в работе “Демонология в древнерусской литературе” (М., 1915) пишет, что слово черт перешло в русский язык из польского приблизительно с XVII в., поскольку единственный памятник, где ему попалось это слово, - “Великое Зерцало” (С.44). Однако, во-первых, ”Великое Зерцало” - далеко не единственный памятник XVII в., где встречается слово черт. Во-вторых, мы зафиксировали более ранние случаи употребления слова черт в значении личного имени собственного, что, очевидно. свидетельствует о существовании в языке соответствующего нарицательного имени. Например: отец' мои Микита Чорт (Лит. метрика 1, 1499, 7651); от микит' ко цертоу (Берест. гр. № 4. XIV в. с.29).

5. Слово черт существует в русском языке издавна. Причина же столь малой частотности данного слова в древнерусских текстах заключается в табуированности данного демонологического наименования, в словесным запрете на него. Древнерусские тексты. в большинстве случаев церковно-богословские по содержанию. избегали употреблять это опасное слово. используя его многочисленные эвфемистические заменители.

6. То обстоятельство. что запретное слово черт, обозначающее злого духа, появляется в текстах XVII в., связано. очевидно. с влиянием Запада, с активно протекающим процессом обмирщения литературы. следует, впрочем, отметить, что, по-видимому, и в XVII в. запрет на слово черт был еще достаточно силен. Так, в “Слове и Деле государевых” мы находим несколько “пыточных речей” XVII в., содержание которых говорит о том, что употребление слова черт, особенно в сочетании со словом “государь” жестоко каралось (1637, 480; 1650, 235). Тот факт, что в современном русском языке слово черт употребляется буквально на каждом шагу, связано с ослаблением веры в нечистую силу, так как страх, боязнь черта раньше приводила к запрету употреблять его имя.

7. Исследователи русской мифологии указывают на чрезвычайную сложность и противоречивость образа черта. С одной стороны, слово черт, связанное с языческими дохристианскими верованиями, могло обозначать разнообразных духов природы (водяных, леших, русалок и т.), что отражено во многих пословицах: Бродит что чорт' по болоту (Симони, 79); У черта на кулижках (Даль, 597) и т.п. Некоторые авторы (к примеру, Э.В.Померанцева), указывают, что черт - это собирательный образ, общее название всей злой силы, которая часто называется нечистью. С другой стороны, народные представления о черте окрашены библейскими мотивами, определяются в основном верованиями, связанными с христианским культом, и в этом отношении образ черта сливается с евангельским образом Сатаны-дьявола, злого духа-искусителя, властелина ада, противопоставленного богу. В этом значении черт - главный и единственный представитель зла, основной виновник всех бед, не связанный с представлением о множестве. И вместе с тем черт - глава целого сонма злых духов более мелкого ранга. Таким образом, черти - это не просто “больше чем один черт”, а нечто качественно иное. Черти также подчиненно относятся к черту, как к беси к дьяволу, сатане. Вполне возможно, что именно это, некогда актуальная семантическая противопоставленность числовых форм обусловила загадочную морфологическую противопоставленность: твердоосновные формы черт, черта, черту и т.п., но мягкоосновные формы черти, чертей, чертям и т.п. Впрочем, в современном русском языке всякие различия между формами единственного и множественного числа существительного черт отсутствуют. Более того, произошла определенная нивелировка, нейтрализация числовых форм данного имени, то есть в наши дни можно употреблять бранные выражения к черту и ко всем чертям, имея ввиду одно и то же.

© 1995-2011 Казанский федеральный университет